Новости Андрея Турова
Посылаем лучи поддержки Андрюше, который много лет борется со страшным недугом!
Пишет мама: «У Андрея в марте случился третий рецидив.
На самом деле, мы шли к этому задолго до прояснения полной картины..
С апреля прошлого года Андрей начал принимать таргетный препарат Cabozantinib. Вначале он здорово работал, поддерживал стабилизацию и неплохое общее состояние, если помните, мы даже на школу тогда замахнулись. Это было прекрасное время - все вдруг зажили обычной жизнью: школа, сад, языковые курсы…5 месяцев беззаботной обычности.
В начале года накопившийся в организме таргет начал заявлять о себе проявляющимися побочками: слабость в ногах и мышцах, нестабильность походки, регулярная рвота, слабость, депрессия. Мы же старательно пытались игнорировать факт того, что таргет начинает давать сбой. Мы очень хотели растянуть подаренное нам время.
Так, январь-февраль ушел на физиотерапевтов и детских психологов.
В марте был плановый контроль с сомнительным описанием. С этого момента все окончательно начало рушиться. Никто до конца не понимал, о чем свидетельствуют снимки. Было много версий: от остеомиелита (воспаление костного мозга) до рецидива… но сложная локация подозрительного очага (в позвоночнике) не позволяла дать однозначного ответа даже после пяти дополнительных МРТ и ПЭТ КТ. Нас выносили на разные консилиумы, но окончательную точку поставила лишь биопсия. Шанс на чудо был исчерпан – это рецидив.
Март-апрель Андрей провел в стационаре с серьезными болями. Помимо неизвестного очага в позвоночнике, у него, на фоне слабой иммунной системы и стресса, реактивировался опоясывающий лишай. Нервные волокна были оголены, вызывая сильнейший зуд и жжение. Спасались лишь круглосуточной подачей морфина и палладона, а также препаратами, подавляющими возбудителя вируса. Да туда же, ко всему, хронический бронхит добавлялся с кашлем такой силы, что сохранность легких вызывала беспокойство. Непростой был период, но точно легче, чем после пришедшего понимания полной картины масштаба происходящего с ним...
Как водится, на каждый яд есть противоядие. Мы же свои варианты уже исчерпали. Было понятно, что интенсивные варианты терапии более не актуальны (он попросту их больше не выдержит), не говоря уже о High dose...
У нас было два варианта: сразу заходить на паллиатив или еще немного побороться, заступив на экспериментальную химиотерапию в клиническую студию. И как бы отчетливо головой ты не понимал, что это, вероятнее всего, неоправданная очередная нагрузка на организм, ты по-прежнему не можешь сказать «нет» своим ложным надеждам и ожиданиям.
Так, с мая мы заступили на эксперимент.
Я постараюсь позже подробнее описать, что именно сейчас делает Андрей. И, конечно, тысяча благодарностей вам за неподдельный живой интерес к Андрею и его жизни. Любим!»
Пишет мама: «У Андрея в марте случился третий рецидив.
На самом деле, мы шли к этому задолго до прояснения полной картины..
С апреля прошлого года Андрей начал принимать таргетный препарат Cabozantinib. Вначале он здорово работал, поддерживал стабилизацию и неплохое общее состояние, если помните, мы даже на школу тогда замахнулись. Это было прекрасное время - все вдруг зажили обычной жизнью: школа, сад, языковые курсы…5 месяцев беззаботной обычности.
В начале года накопившийся в организме таргет начал заявлять о себе проявляющимися побочками: слабость в ногах и мышцах, нестабильность походки, регулярная рвота, слабость, депрессия. Мы же старательно пытались игнорировать факт того, что таргет начинает давать сбой. Мы очень хотели растянуть подаренное нам время.
Так, январь-февраль ушел на физиотерапевтов и детских психологов.
В марте был плановый контроль с сомнительным описанием. С этого момента все окончательно начало рушиться. Никто до конца не понимал, о чем свидетельствуют снимки. Было много версий: от остеомиелита (воспаление костного мозга) до рецидива… но сложная локация подозрительного очага (в позвоночнике) не позволяла дать однозначного ответа даже после пяти дополнительных МРТ и ПЭТ КТ. Нас выносили на разные консилиумы, но окончательную точку поставила лишь биопсия. Шанс на чудо был исчерпан – это рецидив.
Март-апрель Андрей провел в стационаре с серьезными болями. Помимо неизвестного очага в позвоночнике, у него, на фоне слабой иммунной системы и стресса, реактивировался опоясывающий лишай. Нервные волокна были оголены, вызывая сильнейший зуд и жжение. Спасались лишь круглосуточной подачей морфина и палладона, а также препаратами, подавляющими возбудителя вируса. Да туда же, ко всему, хронический бронхит добавлялся с кашлем такой силы, что сохранность легких вызывала беспокойство. Непростой был период, но точно легче, чем после пришедшего понимания полной картины масштаба происходящего с ним...
Как водится, на каждый яд есть противоядие. Мы же свои варианты уже исчерпали. Было понятно, что интенсивные варианты терапии более не актуальны (он попросту их больше не выдержит), не говоря уже о High dose...
У нас было два варианта: сразу заходить на паллиатив или еще немного побороться, заступив на экспериментальную химиотерапию в клиническую студию. И как бы отчетливо головой ты не понимал, что это, вероятнее всего, неоправданная очередная нагрузка на организм, ты по-прежнему не можешь сказать «нет» своим ложным надеждам и ожиданиям.
Так, с мая мы заступили на эксперимент.
Я постараюсь позже подробнее описать, что именно сейчас делает Андрей. И, конечно, тысяча благодарностей вам за неподдельный живой интерес к Андрею и его жизни. Любим!»
